Санкт-Петербург 2018. Т-35. Пирамида № 46

МихалыЧ может планку повыше поднять(эло)???? =)

Андрей Михалыч, дорогой, предлагаю допустить, независимо от заблачных рейтинговых высот всех, чьи инициалы - АИ, ну, куда без него, без АИ, без бензина, в смысле?!

Ограничения поднимут ???????

А лучше для всех )

К-о-о-о-о-оля!!! Хорош бухАть в одну "личку" уже, я тоже хочу!!!
«Мы наш, мы новый, мы построим, железный занавес от всех!»
«Одни враги кругом, никому верить нельзя, мне – В.В.П. - можно…»
Практика последних лет показывает, что в случае постепенного наступления на базовые права граждан их отсутствие становится той «новой нормой», с которой большинство «электората» готово смириться. По мере приближения выборов Президента всея Руси риторика российских руководителей оставляет все меньше сомнений относительно направления дальнейшего движения страны: ко все большей изоляции от мира и конфронтации с ним. Одна¬ко подобные тренды во все века кажутся гражданам достаточно абстрактными, пока они не воплощаются в мерах, непосредственно ограничивающих их свободы. После фактической отмены, начиная с 2012 года, свободы собраний и манифестаций в числе наиболее значимых остались свобода получения информации (во многом идентичная пользованию интернетом) и свобода передвижения (также ясно ассоциируемая с простотой пересечения границ).

Не катастрофа
Именно поэтому заявление советника президента Германа Клименко о «технической готовности отключения [Российской Федерации] от мирового интерне¬та» вызвало очень резкую реакцию. Клименко, конечно, не предлагал отключить страну от Сети, а говорил о защите от Запада — вдруг тот распространит санкции и на информационное пространство. Но в России в последние годы гайки часто закручивали «вынужденно», как бы в ответ на «сложную международную обстановку», нагнетаемую во многом только на «бюджетных» теле- и радиоканалах. Так что сигнал стоит услышать. Тут же появилась информация о том, что 92% населения пользуются интернетом ежедневно, 65% россиян по¬считали бы исчезновение интернета «катастрофой», а многие даже готовы ради его сохранения по¬жертвовать другими своими привязанностями и привычками. Граждан успокоили тем, что, даже если их всё более скатывающиеся в авторитаризм власти и посмеют «порезать» Всемир¬ную сеть, спутники Илона Маска «уже к середине 2020-х годов» обеспечат прием интернет-сигнала на всей территории планеты.

Однако, на мой скромный взгляд, всё не так безобидно и нельзя исключать ужесточения уже в ближайшие годы правил пользования Сетью — чтобы через нее не проскальзывали никакие там «рыбки», мешающие важным «дядям» спокойно спать. И никакая массовая поддержка свободного пользования интернетом этому не помешает. Потому что любой «китайский файрвол» не предполагает полного запрета — речь будет идти о закрытии российского информационного пространства только от «нежелательных» сайтов. И те почти 100 млн. россиян, которые регулярно обращаются к Сети за рецептом нового блюда, заказом билета на «паровоз» или новостями о знаменитостях, продолжат делать это, как и прежде. Социальные сети популярны, но число авторов Facebook отстаёт от показателя «ВКонтакте» в 13 раз: 1,9 млн. против 25,7 млн. человек, а, например, число подписчиков канала Алексея Навального на YouTube составляет 1,8 млн. человек. Таким образом, общее число недовольных составляет всего несколько миллионов человек — и при этом большинство из них сосредоточены в крупных городах (в одной только Москве и под-Москве находятся 48,8% российских авторов Facebook), где и так поддержка власти невысока. Ограничения свободы интернета не нанесут удара по путинскому электорату, да и «заграница не поможет»: для приема сигнала от Маска потребуется специальное оборудование, поставки которого в Россию несложно будет запретить (как оно и было при Советской власти в отношении, например, копировальной техники). Таким образом, ограничение доступа к отдельным сайтам и сегментам Сети практически идеально вписывается в общий тренд на маргинализацию недовольных «навальнышей», который выглядит в российском обществе доминирующим по крайней мере последние пять лет.

Лучше не уезжать
Очень показателен отсыл «товарища» Клименко к чиновничеству: он совершенно резонно напомнил, что в стране уже несколько лет работает специальный сегмент Сети, созданный исключительно для госслужащих, — и «пока все живы». Это, разумеется, «перекидывает мостик» к другой теме — к свободе выезда за границу. Сегодня в России она не такая уж и всеобщая, как это может показаться! С 2014 года к традиционным ограничениям, которые существовали для лиц, имевших доступ к гостайне, добавились новые: был запрещён выезд за рубеж полицейским (в текущем году выезд разрешён, но исключительно в ряд «республик бывшего СССР», Вьетнам, Китай и на Кубу). Практически такие же ограничения (формально они носят «рекомендательный» характер) относятся к основному персоналу Министерства обороны, ФСБ, ФСО, ФСИН и МЧС, а в совокупности данные меры охватывают уже как минимум 2–3 млн. человек. Кроме того, растёт контингент тех, кому запрещен выезд в связи с судебными решениями по финансовой задолженности или иными действиями правоохранителей, — их число приблизительно составляет не менее 1,5 млн. человек. Сейчас лишь около 30% россиян имеют загранпаспорт, причем достаточно регулярно путешествуют (а значит, могут быть реально заинтересованы в свободе передвижения), по данным Левада-центра, не более 10% граждан страны.

При этом совершенно очевидно, что никто не собирается ни полностью запрещать интернет, ни «бетонировать», хехе, рубежи нашей Родины.
За много лет в «работе» с вверенным ему «электоратом» современный российский режим выстроил такую систему идеологической нейролингвистической «аргументации», которая оказалась намного сильнее советской и позволяет успешно сохранять, а в нужное время и нагнетать, исторически существующую в нашем обществе настороженность в отношении открытого физически и информационно внешнего мира.
В такой ситуации сам факт взаимодействия российских подданных с этим миром не несет тех рисков, которые он предполагал в Советском Союзе или в близкой «товарищу» Путину В.В. ГДР. Думаю, что система требует разве что чуть более тонкой наладки: введения чего-то типа выездных разрешений, в которых можно будет отказывать столь же произвольно (но это не значит — массово), как и блокировать нежелательные сайты. Возможно, будет предпринята и попытка усложнить возвращение в страну из-за «рубежей» тех, кто подозревается властью в оппозиционной деятельности.

Новая норма
Россия при Путине удивительным образом сочетает в себе современность и архаику, открытость в будущее и фанатичное мракобесие. Однако основной частью общества являются не те, кто воплощает в себе эти экстремальные позиции, а люди, которые за долгие советские и постсоветские годы хорошо научились приспосабливаться к изменяющимся обстоятельствам, убеждая самих себя в том, что «всё не слишком плохо». Это большинство и является реальной опорой режима, которая позволяет (и будет позволять!) ему сохраняться. Разве большинству «думающих» россиян понравилось, как в 2011 году прошли выборы в Госдуму? Наверное, нет, но голосовали на тех выборах 64 млн. человек, а вышли с протестами на площади российских городов не более 150 тыс.! И даже если учесть, что половина отдала свои голоса правящей партии, окажется, что к протесту оказались готовы в среднем 0,5% тех, кого сама тема выборов так или иначе касалась. В случае с интернетом или свободой выезда число заинтересованных граждан ещё меньше, чем в случае с выборами, то есть количество готовых протестовать тем более невелико и вряд ли может стать для власти серьёзным аргументом.

Долгое время я склонен был считать, что существует предел, за которым готовность россиян соглашаться с властями начнёт резко идти вниз. Однако практика последних лет показывает, что при постепенном и «плавном» наступлении на базовые, принятые почти во всём остальном «цивилизованном» мире, права граждан, их «кастрирование» (прав, не граждан!), вплоть до полного усекновения «по самые не балуйся», постепенно становится той «новой нормой», с которой люди готовы смиряться. Особенно, если особо недовольным физическим «закрытием» страны позволить заблаговременно уехать, а недовольным информационной политикой позволить в будущем полулегально купить оборудование для спутникового интернета «от Маска», которое, как сейчас ожидается, будет стоить около $300, ну, например, за $1,5 тыс. И тогда обе потенциальные протестные группы сузятся настолько, что властям не о чем будет особо волноваться.
Так что, эндшульдиген зи, я никак не могу солидаризоваться с теми, кто отнесся к «Интернет-откровениям» кремлёвских чиновников с завидной долей иронии. Что там, впереди? Снова мочить маленькие, гордые, свободолюбивые нации и народности (завидую им!), снова «враги народа», столыпинские вагоны на Казахстан и на Алтай, снова «зелёные носки и галстуки» в тренде, снова «кто не с нами, тот - …»,»русские – к жидам, к речке Иордан…»?! Ню-ню…
Ну, а про печальный «финал» всех «допущенных» к идеологической перековке «масс» электората (Николай Бухарин, Карл Радек и сотни тысяч прочих примкнувших к ним «Шипиловых, Шелепиных и Шипулиных») читатели со стажем хорошо помнят! Все – на выборы, короче, иначе - … ужос, ужос, ужос!!! Алина Загитова – наше всё…
Новое «занавешивание» России уже идет, полным ходом, и я пока не вижу реальных сил, способных ему помешать...