БильбордВаша рекламаФабрика СтартФОРТУНА - товары для бильярда

Юлиан Бойко: «Хочу стать лидером эпохи, как О'Салливан»

Юлиан Бойко дал эксклюзивное интервью Eurosport.


8 июня стало известно о попадании в мэйн-тур первого игрока с постсоветского пространства. Им стал 14-летний украинец Юлиан Бойко, который на протяжении двух ближайших сезонов будет рубиться с лучшими снукеристами мира. Комментатор Eurosport Артем Романов связался с вундеркиндом и расспросил о реакции на историческую новость, ближайших планах и целях. Также Бойко рассказал о семье, команде и любимых игроках.

«Мы с папой были шокированы, когда узнали, что я попал в тур»

– Скажи, где ты сейчас находишься?

– Я в бильярдном клубе «Лидер» в Киеве, нашел тихое местечко, чтобы пообщаться с тобой. Как раз закончил тренировку, немного устал.

– Ты родился в Киеве и провел там все свое детство?

– Именно так.

– Главное событие для тебя – попадание в тур. Поздравляю с этим успехом, но расскажи, как ты узнал об этом?

– Эту новость мне сообщил папа. Я только вернулся домой с тренировки. Был довольно тяжелый день. Папа сказал мне открыть сайт World Snooker Tour, и я прочитал новость о том, что теперь являюсь профессионалом. Мы оба были шокированы. Думал, что сразу после Мальты (после чемпионата мира среди любителей – Eurosport) мне дадут карту в тур, либо вообще не дадут. А в итоге прошло полтора-два месяца, и я сейчас об этом узнал.

– Видел, что тебя поздравили несколько человек из мэйн-тура. От кого прилетело самое неожиданное поздравление?

– В твиттере я не сижу. Аккаунт веду не я. В инстаграме мне написал Бен Уолластон. Мы пересекались пару раз с ним и его женой Татьяной. Майкл Джорджиу мне написал. Он к нам приезжал в Киев. Мы довольно хорошо общаемся. Так что хоть кто-то из профессионалов меня будет знать, ха-ха.

– Давай немного отмотаем время назад и вспомним Мальту, где ты в финале проиграл Эшли Хьюджиллу. Что пошло не так в том матче?

– Первый фрейм я хорошо начал, отлично провел первые удары. Уже с первого черного сделал подбой, позиция стала идеальной, а потом я допустил простую ошибку и, можно сказать, подарил фрейм Хьюджиллу. Это меня выбило из колеи, и я проиграл второй фрейм.

В тот момент в голове промелькнула мысль, что я уже не выиграю матч, поэтому начал наслаждаться моментом. В следующих трех партиях я расслабился, игра пошла, хотя позиции были закрытые и сложные. На мой взгляд, дальние удары, удары с борта я проводил лучше Эшли. После счета 3:2 появилась вера в то, что я действительно могу выиграть матч, но при этом стал нервничать и совершать больше необдуманных действий. Я бросался на сложные шары: и в среднюю лузу, и со спайдера пытался забить в десайдере, что по сути привело к поражению.

– То есть проблема была больше психологическая?

– Да, получилось так, что мне было проще догонять. Когда я вышел вперед, то накрутил себя.

– Давай вспомним более приятное событие – победа на чемпионате Европы по шести красным. Расскажи, как это было.

– Пока что это мой самый громкий успех! Если честно, особого настроя на этот турнир не было. Не могу его назвать бессмысленным, но из четырех турниров (U- 18, U-21, 6 красных и взрослый) чемпионат по укороченной версии снукера был в меньшем приоритете. Все-таки за этот турнир путевку в тур не дают.

Начало турнира я провел расхлябанно, еле-еле вышел из группы. Уже в плей-офф, где были сложные и сильные соперники, появилась мотивация, появилось желание играть. Даже такие турниры приятно выигрывать.

– Получается, ты поедешь в Таиланд на чемпионат мира по шести красным?

– Да.

– Кто находится в твоей команде на турнирах? Кто с тобой путешествует?

– Как правило, на соревнованиях вместе со мной всегда находится папа. Гораздо реже их посещает мама, а еще со мной на любительских турнирах находится мой близкий друг и спарринг-партнер Сергей Исаенко. До моего появления он был безоговорочным лидером снукера в стране. Я бы сказал, что у него есть шансы попасть в тур.

«Родители мне дали свободу выбора»

– Объявили даты квалификационных матчей чемпионата мира. Играть придется с профессионалами. Как оценишь перспективы?

– Пока трудно рассуждать на эту тему. Я уже проводил матчи против профи: Paul Hunter Classic, квалификация German Masters, Shootout. Понимаю уровень тура, но сейчас мне сложно оценить свои шансы. Буду делать все от себя зависящее и надеяться на лучшее.

– Формат квалификации изменили: вплоть до решающего раунда будут матчи до шести побед. Как тебе?

– Я длинные матчи не играл. С Хьюджиллом и Юэлуном чуть ли не самые продолжительные по формату (best of 9) были в моей карьере. Мне нравится, что сделали матчи до шести побед. В первых раундах квалификации игроки не такого высокого класса, и играть до 10 побед – это было бы слишком затянуто. Болельщикам вряд ли будет интересно такое смотреть.

– 21 июля начинается квалификация в Шеффилде. Когда ты туда отправишься?

– Сейчас мы работаем над получением визы. Когда это произойдет, тогда и смогу назвать точную дату. Будем отталкиваться и от того, что скажет World Snooker Tour (WST): надо уходить на двухнедельный карантин или нет. Многое зависит от WST и британских властей.

– Получается, что в Шеффилд с тобой поедут папа и спарринг-партнер Сергей Исаенко?

– Да, у Сергея 3 августа Q School. Может, он станет профессионалом и присоединится ко мне.

– Расскажи о родителях.

– Папа Сергей – адвокат, а мама Валентина работает генеральным директором в компании, которая занимается строительством электростанций.

– Есть братья или сестры?

– Два старших брата – Антон и Алексей. Средний брат – бывший теннисист (23 года), старший – программист (27).

– Чем занимался в период самоизоляции?

– После возвращения из Португалии с чемпионата Европы по шести красным две недели провел дома на карантине. Потом еще пару недель посидел дома, а затем власти разрешили одиночные тренировки, и я начал заниматься.

– Когда ты впервые взял в руки кий?

– В 6 лет.

– Почему именно снукер? Он же не особо популярен в регионе.

– Когда я был ребенком, мне было проще играть в снукер, чем, например, в русский бильярд. Шары легче – лузы больше. Кстати, не помню, чтобы играл в пул. Может, когда совсем маленький был, один турнир провел. В русский лет в 7-8 с папой немного играл. Когда уже начал профессионально заниматься снукером, то ни в русский, ни в пул больше не играл.

– Вспомни первые турниры.

– Первый турнир был в 7 лет. Собирались любители, играли между собой в выходной день. Мой первый официальный турнир – чемпионат Украины. Кажется, мне было 8 лет, и я выиграл тогда всего один матч.

– Первый выигранный турнир помнишь?

– Вообще нет! Долгое время я не мог выиграть ни чемпионат Украины, ни даже этап Кубка Украины. Если не ошибаюсь, то первый турнир взял два года назад. Это был чемпионат Украины среди юниоров.

– Влияли ли на тебя родители в выборе профессии?

– Одна вещь, за которую я люблю и благодарю родителей, — свобода выбора. Никакого давления ни со стороны родителей, ни со стороны близких я не испытывал. Мне понравился снукер – моя семья приняла это решение. Думаю, что и сегодня, и еще долгое время они будут меня поддерживать. Никто не пожалел.

– Ты лучше меня знаешь, что на начальном этапе профессиональной карьеры игроку нужны деньги, нужен спонсор. Тут и перелеты, и проживание, и прочие расходы. Как у тебя с этим?

– Спонсора у меня нет. Родители берут на себя все расходы. Думаю, что проблем в предстоящих сезонах быть не должно в этом плане. Они понимают, какие средства нужно вложить ради участия в мэйн-туре, ради того, чтобы тренироваться, например, в академии Шеффилда. Мне кажется, ресурсов хватит, чтобы я играл и развивался.

– Есть идея с переездом в Шеффилд в академию?

– Пока раздумываем над тем, в какую академию поехать, где остаться. Я понимаю, что мне нужны спарринги с игроками более высокого класса, чтобы я привыкал к матчам с профессионалами. Это облегчит мне жизнь в туре. Какое-то время я буду проводить в Англии.

– Уже есть план, как ты логистически проведешь эти два сезона?

– Этот план в стадии разработки, потому что о путевке в мэйн-тур мы узнали недавно. Все нужно хорошенько обдумать. Очень много времени буду проводить в Украине. По поводу Англии пока думаем: либо просто летать на турниры, либо оставаться на некоторый период времени в академии.

«Надеюсь привлечь больше людей в снукер»

– Расскажи про тренировочный процесс: сколько раз в неделю и сколько часов в день?

– С понедельника по пятницу с 9 до 17 часов.

– Как проходят занятия?

– Обычно собираю позиции, которые встречаются в реальных матчах. Разумеется, еще спарринги. Я делаю монотонную работу каждый день: отрабатываю дальние удары, отыгрываюсь, бью с борта, играю с рэстом.

– Полистал твой твиттер и увидел, что ты воспроизводишь там красивые и интересные удары профессионалов. Что это за проект?

Часто в матчах встречаются красивые удары. Мне кажется, людям приятно на это посмотреть, поэтому недавно я воспроизвел удары Джадда Трампа, Стивена Ли. Это не блогерство, я это делаю ради удовольствия и надеюсь тем самым привлечь больше внимания к снукеру, привлечь больше людей в игру. Подобные удары захватывают, и люди начинают интересоваться снукером.

– Давай немного отойдем от снукера. Тебе 14 лет. В таком возрасте обычно подростки ходят в школу. Что у тебя с образованием?

– Я обучаюсь дистанционно. Думаю, что с образованием все будет в порядке. Понятно, что я больше времени уделяю снукеру, но родители на меня особо не давят. С оценками все хорошо, так что образование получу.

– Есть любимый предмет?

– Как-то школа мне не особо интересна, ха-ха.

– Как у тебя с иностранным языком? Слышал недавно твое интервью на английском.

– Мне нужно больше практиковаться. Когда я давал интервью, то немножко волновался. Мне кажется, что я нормально справился. Возможно, не все правильно грамматически говорю, но этого хватает для того, чтобы меня поняли.

– Чем еще занимаешься в свободное от снукера время?

– Теннисом и плаванием. Теннис у меня с самого детства, а плавание ради удовольствия.

– То есть если бы не снукер, то мог бы стать теннисистом?

– Была возможность профессионально заняться теннисом и футболом.

– Почему с футболом не вышло?

– Я получил травму колена в 7 лет, поэтому пришлось завязать.

– За кого болеешь в футболе?

– Моя самая любимая команда – «Заря». В составе не самые топовые игроки, но они не один матч выигрывали благодаря волевым качествам и духу. Конечно, еще поддерживаю местное «Динамо». Было бы странно жить в Киеве и не болеть за «Динамо».

– Наверняка ты смотрел снукер по телевизору. Было такое, что увидел игрока и сказал: «Я хочу быть как он»?

– Да, мой кумир – Марк Селби. Это мой любимый игрок. Мне нравится, как он перестраивается по ходу матча, варьирует игру. Бывает, находясь в плохой форме, он все равно выигрывает турниры. Селби хорош в выборе удара и заставляет соперников ошибаться.

– Какой матч Селби тебе памятен больше всего?

– Кажется, он играл с Джимми Уайтом. Помню, еще тогда не знал английского и толком не мог выговорить его фамилию, ха-ха.

– А чемпионат мира 2014 года?

– Помню практически все чемпионаты мира! Конечно, финал с Ронни – особенный. Это был первый титул Селби.

«Техника Трампа достаточно корявая»

– Назови трех любимых игроков. Селби ты уже назвал.

– Еще Барри Хокинс и Дин Цзюньху.

– Выбор Барри удивил!

– Очень нравится техника и у Барри, и у Дина. Мне нравится, как играет Трамп, нравится его стиль игры, но сама техника у него достаточно корявая. Просто он приспособился к этому и целится, грубо говоря, влево или вправо, центр у него будто смещен. Иногда смотришь и думаешь: «Куда вообще он целится?»

– Раз заговорили про технику и стили, хочу остановиться на твоем. Ты считаешь себя атакующим игроком?

– Я работаю над тем, чтобы сбалансировать атаку. Все говорят, что у меня проблемы с отыгрышами, но если пересмотреть, например, 70% моих игр, то в основном я ошибаюсь именно в атаке, а не в отыгрышах, потому что атакую намного больше, чем отыгрываюсь. Это мое мнение, и оно подтверждено фактами: есть видео, которые мы смотрим и анализируем. На самом деле меня чаще подводит атака. Но я уверен, что смогу стать суператакующим игроком. Хочу стать особенным, каким был Ронни в своей эпохе. Была эра Ронни, теперь Трампа, и я очень надеюсь, что когда-нибудь настанет время игроков другого поколения и я стану лидером этой новой эпохи.

– У тебя есть тренер?

– Со мной работают четыре специалиста. Главный – мой папа. Именно он разрабатывает упражнения, которые я буду делать. Также меня тренируют Илья Евтеев и Андрей Шульга. Это наши местные специалисты, они, возможно, не очень известные, но много знают о бильярде и снукере. Они помогли мне скорректировать технику и стать еще сильнее.

– Не было идеи обратиться к британскому тренеру, особенно сейчас, когда ты будешь чаще бывать там?

– Пару лет назад я тренировался с Пи-Джей Ноланом, и он действительно хороший специалист. Но я считаю, что наступает такой момент в развитии игрока, когда ему больше не нужен тренер, который будет менять ему технику или еще что-то. Если взять тех ребят, что тренировали меня в Киеве полгода-год назад, то сейчас тот момент в моей карьере, когда корректировать ничего не нужно. Нужно просто делать монотонную работу. То есть они контролируют, чтобы я делал все одинаково, и расставляют шары на позиции. А обращаться к британским специалистам, которые будут делать то же самое, но при этом их услуги будут стоить дороже, не имеет смысла. Также хочу отметить, что очень большую работу в психологическом плане надо мной проделал Том Лимор. Это специалист из Израиля. Он сделал поляка Каспера Филипяка чемпионом Европы. В этом году он был со мной на Мальте и в Португалии.

– Как твой папа связан со снукером? Он посещал какие-то турниры или общался с кем-то из игроков?

– Папа не просто посещал турниры, некоторое время назад он их организовывал, сейчас он продолжает это дело. Несколько лет назад он был главой снукера в федерации спортивного бильярда Украины (ФСБУ). А когда он закончил работу там, создал свою федерацию. Сначала она развивалась просто как общественная организация, а сейчас это Национальная федерация снукера Украины (НФСУ). В прошлые два года мы проводили турнир в честь Дня независимости Украины. Один раз собрали 118 человек, а другой раз – чуть меньше, но удалось привезти в страну некоторых профессионалов: Майкла Джорджиу, Крейга Стэдмана и Джейми О’Нила. Также там были очень сильные любители: Матеуш Барановский, Родион Юдин, Андрес Петров. Очень хорошая компания была. И вот так мой папа со всеми и познакомился.

«Буду заявляться на все турниры»

– Давай вернемся к тебе. Видел у тебя на тренировке максимум. Удавалось ли делать серию 147 очков на каких-нибудь турнирах?

– На турнирах мой высший брейк — 137. Максимума в моей коллекции пока нет.

– Ты уже пробовался на рейтинговых турнирах (Shootout, квалификация German Masters), было появление на уже нерейтинговом турнире Paul Hunter Classic. Поделись воспоминаниями об этих матчах.

– Матч с Уолденом на Paul Hunter Classic проиграл из-за того, что мы квалификацию проводили не на арене, а на клубных столах. На них было старое сукно, резина на бортах старая, лузы очень большие. Я старался адаптироваться к этим клубным условиям. Получилось так, что я выиграл тогда и у Сидни Уилсона (3:1), и у Барри Пинчеса (3:2). А когда вышел играть на арену в идеальных условиях с новым сукном и достаточно небольшими лузами, когда смотрела публика, а потом люди брали автографы и фотографировались, я попал в непривычную атмосферу. Не мог привыкнуть к раскату, винтам, немного другие ощущения были. Уолден достаточно много шансов мне давал в первых двух фреймах, но просто я не смог ими воспользоваться.

– Что случилось зимой в квалификации с Юэлуном? Ты проиграл 0:5.

– На мой взгляд, у него был реально хороший день. Во-первых, хоть он и был на тот момент в топ-32, его позиция в рейтинге должна быть гораздо выше, и за последние полгода Чжоу сильно поднялся. Он уже скоро будет в топ-20. Просто я попал под каток, под его хорошую игру. Мне кажется, кто бы там ни играл, даже топы, трудно было противостоять Юэлуну. У меня был шанс взять один фрейм, но я не забил черный с выходом на желтый. Там вся позиция была, оставалось один шар забить, но я не смог, немножко занервничал.

– Еще был Shootout.

– Мне очень понравилось. Да, это не снукерная обстановка, но это что-то особенное. Ты испытываешь другие чувства по сравнению с обычными турнирами. Время ощущается совсем по-другому. Кажется, что 15 секунд – очень мало, но на самом деле, учитывая мой темп, я там сделал всего пару ударов. Думал, что у меня заканчивается время, хотя его хватало. Из-за адреналина я поспешил, сделал неправильный удар.

– Помню, ты там играл агрессивный плант в правую среднюю, не забил и все отдал, получив в итоге сотню.

– Да, но там китайцу повезло, потому что после отыгрыша остался красный у лузы, а розовый и красный перекрыли тот шар. Получилось, что кроме планта, у меня особо выбора не было. И если посмотреть, то я там просто поспешил. Если дать мне на тренировке одну попытку, я забью спокойно, а на турнире не вышло.

– Какой у тебя план на сезон-2020/21. Заявляться на все подряд?

– Я буду играть без исключения на всех турнирах, на которых смогу. Перерывов на отдых у меня не будет. Буду работать, потому что первый и второй сезон очень важны. Если смогу закрепиться, то дальше вылететь будет крайне сложно. Главная цель на два предстоящих сезона – остаться профессионалом, а вот реально ли это, мы увидим, когда я сыграю хотя бы пять матчей. Тогда можно будет о чем-то судить. Странно до начала сезона загадывать, останусь я там или нет, хотя еще ни одного фрейма не сыграно. Пока непонятно, каким будет сезон.

– Против кого хотел бы сыграть в первую очередь?

– Вообще без разницы. Любой турнир на таком уровне, с кем бы ты ни играл, даже если это будет игрок с низким рейтингом, – это будет честь для меня. Что уж говорить, если моим соперником будет игрок из топ-16.

«Я не боюсь вылететь из тура»

– Расскажи, как дела в снукере в постсоветском пространстве.

– Я уже сказал про Исаенко. Следующий, кого бы я отметил, это Иван Каковский. Он действительно очень талантливый парень. Когда Ваня играет, это реально завораживает. Он очень одаренный и трудолюбивый. И если честно, не могу понять, почему он до сих пор не может попасть в тур. У него есть все задатки для этого, он усердно работает. Я все-таки уверен, что у него это рано или поздно получится. Еще, наверное, назову Андреса Петрова, но он сейчас стал меньше тренироваться. Мне кажется, что его лучшие годы, когда был финал чемпионата Европы, остались позади. Не знаю, сможет ли он вернуть форму. Я верю в него, надеюсь, у него все получится, но за последние два или три года у него наметился сильный спад.

Дальше отметил бы Родиона Юдина. Но мне кажется, что у Родиона есть небольшая проблема с турнирной практикой. Когда я с ним играл на тренировках, он меня сметал и не оставлял никаких шансов. Он мог выиграть два матча подряд, 4:0 сделать с сотнями — просто все забивал. А потом я смотрю, как он играет на турнирах, и это вообще не тот Родион, которого я вижу на тренировках. Мне кажется, если он сможет это преодолеть, то у него реальные шансы на попадание в тур.

Еще назову Матвея Лагодзинского из Молдавии. Ему всего 9 лет, но он уже имеет парочку выигранных матчей на чемпионатах Европы. Есть подрастающее поколение – за Россию, Латвию, Эстонию и Белоруссию не буду говорить, но в Украине я лично вижу, как подрастают детки, которым по 10-11 лет, и они в свои годы могут делать серии на турнирах за 30, за 40, за 50 очков. Если они продолжат тренироваться в таком же темпе, тем более им уже есть на кого равняться, они видят, что все это возможно, главное, чтобы их родители верили в них и поддерживали.

– Какой Юлиан Бойко вне стола?

– Про себя со стороны мне трудно говорить. Со стороны, возможно, не видно, что я нервничаю и переживаю. Но на самом деле я очень сильно переживаю и волнуюсь, перед играми испытываю сильный мандраж. Я правда доволен тем, что мне удается это хоть как-то скрывать. О поражениях помню очень долго, но я не такой человек, который когда проиграл, скажет, что это несправедливо. Если проиграл, то проанализирую ошибки. Каждое поражение должно чему-то учить. Я работаю над дальними ударами, над отыгрышами. Всегда стараюсь чему-то учиться, чтобы становиться лучше.

– Есть ли у тебя какое-то прозвище?

– Как раз думал об этом, но пока ничего нет. Может, со временем люди и болельщики что-то придумают и будут меня так называть. Сам пока ничего не придумал.

Будет интересно, если кто-то из читателей предложит свои варианты. Или устроить конкурс.

– Последний вопрос: страшно ли тебе вступать в компанию профессионалов?

– Есть определенное волнение, но это не страх. Я не боюсь играть с сильными соперниками, не боюсь проигрывать, не боюсь даже вылета из тура. Я просто хочу наслаждаться этим временем, которое проведу в туре, хочу наслаждаться красивой игрой соперников и, надеюсь, своей красивой игрой. Верю, что все получится, что я смогу играть на равных, что смогу побеждать.

Беседовал Артем Романов, Евроспорт.




Отлично поработала МКП=ФБСР двадцать лет. Мэйнтур отличный результат.))



Какое они имеют к этому отношение?!



В том то и дело, что - никакого


Изображение пользователя bison62.

Хороший парень. Можно взять, просто, аббревиатуру BOY. А с учетом возраста, в самый раз.
Желаю успехов.

Просмотр комментариев

Выберите удобный способ просмотра комментариев.